Пекин обманывает Москву «по-казахски»

Казахстан — наш друг и брат. Мы достигли с ним наитеснейшей из возможных степени интеграции. И сами того не заметив, достигли еще одной вожделенной мечты. Мы же грезили о том, чтобы дружить с Китаем потеснее? Радуйтесь, наступило. Спросите, какая связь? Если отбросить политические реверансы, Казахстан захвачен Китаем.

Уже с середины 1990-х выросла китайская иммиграция в Казахстан. Тогда же акции практически всех ведущих нефтяных компаний Казахстана отошли китайским владельцам. Причем в 1997 году было подписано соглашение, по которому акции должны были вернуть. Дескать, сейчас нужны инвестиции, но в принципе нефть — наше все. Но этого до сих пор не случилось. Одновременно началась массовая скупка гражданами КНР недвижимости в Казахстане. Более 80% пассажиров авиарейса Алматы — Актобе и Актобе — Алматы — граждане Поднебесной. Число работающих и живущих в Казахстане китайцев неизвестно даже примерно. В стране сформировались целые поселения китайцев, куда полиция не рискует совать нос.

Китайские компании присутствуют практически во всех индустриальных секторах страны — от нефти и газа до меди и золота. Еще в 1997 году Китайская национальная нефтяная корпорация (CNPC) приобрела у казахов 66,7% предприятия «Актобемунайгаз». А в 2003 году Казахстан продал и оставшиеся акции — продал оффшорной компании, за которой, как считается, стоит все та же китайская корпорация. В результате китайские владельцы построили нефтепровод — естественно, к себе, в Поднебесную, за $4 млрд., и качают преспокойно 12 млн. тонн нефти в год.

Одной из причин нашумевшего конфликта между казахстанскими и китайскими рабочими на нефтегазовом месторождении Северная Трува в Актюбинской области была как раз тема в засилье китайцев. Китайских нелегалов привозили в контейнерах, и они разбегались в степях. Такие контейнеры из Китая доставляли ежемесячно. И с этой страной Россия стала одной плотью. Как так вышло?

Все началось, когда в СНГ ни о какой интеграции и не думали. Вдруг после развала СССР в России заговорили, что, дескать, Казахстан реализует некую идеальную модель либеральной экономики, которая пригодилась бы и нам. Стал зазывать иностранных инвесторов — а ведь в России в те первые после развала СССР годы само слово «инвестор» еще учились выговаривать. Создавал где можно особые экономические зоны (скажем, Астана, построенная в степи с нуля — тоже ведь одна большая особая экономическая зона). Опередил Россию по всем пунктам в либерализме. Это так понравилось России, что в нашей стране стали искать пути сближения. В Казахстане были рады. Но казахи ли толкали Казахстан к интеграции? Если учесть, что к нулевым годам практически все сектора экономики оказались захвачены компаниями КНР, можно ли быть уверенным в том, что Китай не диктовал и внешнюю политику Казахстана?
Интересы Китая в Средней Азии шиты белыми нитками. Поднебесная стремится получить доступ к огромным ресурсам полезных ископаемых в регионе, занять здесь место американцев в Афганистане и, наконец, дотянуться по суше до Ирана и его неподконтрольными американцам запасами углеводородов. Вот пример того, как цепко китайцы схватили Астану за горло. Нефтепровод Атасу-Алашанькоу был построен после того, как в 2003 году председатель КНР Ху Цзиньтао, будучи в Казахстане, прямо заявил, что его стране нужна нефть. Сказано — сделано, за $800 млн. в степи появилась 962-км ветка. Ею управляет совместное предприятие (казахская «КазМунайГаз» и дочка упомянутой китайской корпорации — CNODC). Называется все это «Казахстанско-китайский трубопровод», мощность — 20 млн. тонн. А дальше стало интересно. Построена вторая очередь, планировалось, что по ней в Китай пойдет нефть с каспийского шельфа. Но со второй очередью вышла занятная оказия. После знаменитой забастовки в Жанаозене, о которой протрубили все мировые СМИ, добычу нефти пришлось перенести с 2011 на 2013 год. Вторая очередь пока пустует. Нашлись конспирологи, которые предположили, что забастовку дескать устроили американцы. Которым «вторжение» Китая по понятным причинам не очень-то нравится. Но оставим эту версию тем, кто ее придумал. Так или иначе, после этих событий Казахстан оказался обречен стать активным перепродавцом российской нефти в Поднебесную. Другой-то нет! А интеграция этому куда как помогла. Поскольку мы и Казахстан — члены Таможенного союза, казахи могут покупать у нас нефть беспошлинно. Но понятно, что не для себя — потребление Казахстана намного меньше даже собственной добычи. Российские нефтяные компании на такие сделки идут охотно. Во-первых, сбыт — это всегда хорошо, во-вторых, Казахстан устанавливает весьма щадящие тарифы на перекачку нефти, так что нашим компаниям это выгодно. Понятно, что теряет в итоге бюджет России — с нефти, взятой Казахстаном якобы для собственных нужд, не заплачены экспортные пошлины, хотя фактически она пошла на экспорт. В общем, Астана постаралась стать еще одной Белоруссией для российской нефти – пользуясь преимуществами члена Таможенного союза позволить нефтяным компаниям беспошлинно её ввозить и потом вывозить. Но план этот уже провалился.

Спасибо «невидимой руке рынка», по чисто экономическим причинам. Нефть сейчас европейским потребителям продавать выгоднее, чем Китаю. Сами казахстанцы экспортируют свое «черное золото» через Новороссийск, а не отдают все Поднебесной. «Газпром нефть» отрыто уже заявила о желании поставлять свою нефть на мировой рынок через порт Козьмино и нежелании в Китай через Казахстан. ТНК-ВР, у которой, по некоторым сведениям, в Сибири есть «свободные» 6 млн тонн нефти, тоже пока не спешит попасть в расставленную ловушку.

Но если тень Китая видна буквально во всех действиях Казахстана, почему российское правительство позволяет иностранным интригам расцветать у наших границ? Почему казахстанско-китайский нефтепровод Атасу-Алашанькоу на июньском Энергодиалоге Россия-Китай неожиданно попал в список возможных маршрутов поставки в Поднебесную нашей нефти? Еще год назад, когда сопредседателем Энергодиалога был многоопытный Игорь Сечин, об Атасу-Алашанькоу в официальных документах и речи не заходило. При этом включил его в протокол российский вице-премьер Аркадий Дворкович. И ведь включил от чистого сердца, ничего не подозревая. И скорее всего лишь потому, что весь опыт самого молодого вице-премьера ограничен пока интригами кремлевских и белодомовских кабинетов. Опыт, конечно, придет с годами. Но не станет ли учеба стране очень дорого? Насколько дорого, видно на примере Казазахстана.